Валентин Владимирович Овечкин

 

Русский советский прозаик и драматург, журналист. Псевдонимы - Буревой, Валентин Буревой, В. Савельев. Член Союза писателей СССР.

Основатель в 1923 году в с. Ефремовка избы-читальни и её первый библиотекарь.

В 1925 году организовал первую в Приазовье сельскохозяйственную коммуну и стал её председателем.

Родился: 9 июня 1904 г., г. Таганрог

Умер: 27 января 1968 г. (63 года), Ташкент, СССР

11 декабря 2015 г. Постановлением №35 Собрания депутатов Федоровского сельского поселения Ефремовскому отделу «Межпоселенческая центральная библиотека» НР РО было присвоено имя писателя-земляка Валентина Владимировича Овечкина.

   

ОДНОЙ СУДЬБОЙ С НАРОДОМ

     

Представляем писателя - земляка Валентина Владимировича Овечкина, имя которого носит наша сельская библиотека с 2015 года.

Библиотека является преемницей избы – читальни, которую в 1923 году открыл 17- летний Валентин Овечкин, ставший известным писателем, членом правления Союза писателей СССР.

Его судьба тесно связана с Приазовьем. Здесь он родился, начал свою трудовую деятельность, здесь появились его первые публикации.

В 1920 году уездным отделом народного образования города Таганрога в наше село была назначена учителем Александра Владимировна Овечкина.

Шла Гражданская война, продразвёрстка, разруха, голод и холод.  Но, несмотря на тяжелое время, молодое государство объявило войну безграмотности.

Вскоре к ней прибыл её брат Валентин. Родители его умерли. Самый младший в большой семье, он остался один в пустом доме. Поехал к братьям в Макеевку, но там его встретили нерадостно. Тогда он приехал к сестре из голодного города не в качестве иждивенца, а работником.

Валентин Владимирович был одним из немногих грамотных людей в селе,- до приезда сюда он закончил 4 класса Таганрогского технического училища. Именно он предложил местным властям организовать ликбез и избу – читальню.         Где взять помещение для такого учреждения? Да вот же оно – на площади, в самом центре села!

Семью священника комсомольцы и сочувствующие выселили из дома в караулку у церкви и стали по вечерам в избе читальне учить и учиться. Здесь проходили занятия по ликбезу, военный всеобуч, собиралась комсомольская ячейка. В избе- читальне проводились громкие читки и репетиции спектаклей на антирелигиозные темы. Всё это шло под руководством первого избача Валентина Овечкина.

Трудно приобщалась деревня к чтению. Почти все в селе были неграмотными. Валентин Овечкин заведовал избой – читальней и учительствовал в школе ликбеза. А до этого - он батрачил на хуторе Бальва, там же занимался сапожничьим ремеслом. Здесь, в деревне, он получил первые жестокие жизненные уроки. Для односельчан он был чужаком, над которым и посмеяться не опасно, и обмануть, и обсчитать не зазорно… А он шел к ним с добром, искал хороших людей.

Местные мальчишки не отходили от талантливого юноши – он умел играть на скрипке и балалайке, прекрасно рисовал простым карандашом портреты, мастерил прыгающих человечков из картона… Именно он приобщал к чтению детвору, а сам с детства полюбил чтение и книги, и литература стала его профессией.

В год смерти Ленина, в дни ленинского призыва, Валентин Владимирович вступает в комсомол. Мечты о грядущем счастье, о мировой революции, «о коммунии были «жизнью души» ефремовской молодёжи. Обо всём забывали, читали вслух и обсуждали речи Ильича, ленинский кооперативный план».

Здесь, в степной глубинке, он встретил свою любовь и женился на девушке из соседнего села Атамановка Екатерине Владимировне Лойтаренко, которая стала его верной спутницей на всю жизнь.

Затем он организовал первую коммуну на хуторе Деркачев. Коммуна называлась комсомольской, но работали в ней отцы и дети. Созданная в сентябре 1925 года, она была первой в Приазовье. И первым председателем её избрали В. Овечкина, которому едва исполнилось 19 лет!

В коммуну сошлась вся ефремовская беднота. Голые на печи: ночью рубахи сушатся… Вот с этой нищеты начинали!» В районе поддерживали коммуну чем могли. В первый же год выделили трактор, единственный, поступивший в округу. Смотреть его сбежалось всё село!

Об этом сам В. Овечкин рассказал в своём первом, появившемся в печати рассказе, «Глубокая борозда», опубликованном в 1928году в газете «Таганрогская правда» под псевдонимом Валентин Азовский: «С утра до ночи трудятся новосёлы, устраивают своё жильё. Дружно работают, один другому помогают».

Местное кулачьё исподтишка вредило коммуне, коммунарам и, страшась роста коллективного хозяйства, стремилось перетянуть на свою сторону колеблющихся середняков.

Коммуна дала В. Овечкину главное. Много лет спустя он напишет: «Забытое ощущение беспричинного счастья… А вспоминаю – у меня такое ощущение счастья, личного счастья было от сознания роста нашей коммуны. Когда спустя 3- 4 года мы увидели, что наше победило!»

Навсегда осталось личным для Овечкина дело, начатое в Ефремовской коммуне: «Много лет тоска по коммуне спать не давала, бумажки канцелярские всякие, столы, за которыми приходилось в этих канцеляриях протирать, просто ненавидел. Всё это мне казалось каким – то эрзацем жизни, никому не нужным, и в первую очередь не нужным самим кацеляристам. Да не казалось, так оно и было. Настоящая моя жизнь осталась там, в нашей коммуне: земля, посевы, работы на полях, рост хозяйства, строительство, новый общественный уклад, рост людей. Сегодня вкладываешь в дело усилия, труд (не бумажный, настоящий!), а завтра видишь результаты. Всё – зримо, осязаемо. Эх!.. Да и поныне я половиной своего существа – там, где осталось самое живое дело из всех дел, что за всю жизнь переделал»,- писал он незадолго до смерти.

Валентин был активным рабселькором газеты «Молот». Под его влиянием стал писать в областную газету и наш земляк – писатель Александр Авдеенко. В годы Великой отечественной войны они оба работали военными корреспондентами.

В Ефремовке им было написано 10 пьес для худ. самодеятельности, участником которой он так же являлся. Первые рассказы и очерки Валентин Владимирович написал в Ефремовке. Многие литературные персонажи писателя подсмотрены здесь - дед Булка, Капитон Иванович Печерица и др.

В рассказе Валентина Овечкина «Гости в Стукачах», напечатанной в «Молоте», рассказывалось о наших земляках. Основной темой его многочисленных очерков и рассказов, 10 романов , 20 пьес была жизнь советской деревни, её проблемы, и их он поднимал одним из первых в нашей литературе.

В 1931 году Валентин Овечкин избирается секретарём крупнейшего в районе Фёдоровского сельпартколлектива. Затем – краткая учеба на партийный курсах, его направляют в Курганинский райком Краснодарского края, а затем – станичного парткома в Темиргоевскую – одну из неблагополучных станиц, где классовая борьба приняла наиболее острые формы.

Именем Валентина Овечкина названа одна из улиц- новостроек нашей родной Ефремовки. Ефремовка помнит Валентина Овечкина. В 1982 году в наше село приезжала группа писателей, среди которых были наши донские писатели - Виталий Закруткий, Петроний Аматуни, Петр Лебеденко, Антон Геращенко.

В 1999 году, на день села приезжал донской поэт, гл. редактор журнала «Дон» Виктор Петров и внучатая племянница Валентина Владимировича – Ольга Владимировна Егупова. Для нашей библиотеки Ольга Владимировна составила родословное дело семьи Овечкиных.

В июле 2023 года Ольга Владимировна также побывала в нашей библиотеке.

От сына писателя – Валентина - из Ташкента был получен приветственный адрес. Каждый год, в июне, на улице его имени мы проводим литературные чтения, рассказываем о его жизни и творчестве; а также раздаём памятки, чтобы молодое поколение ефремовцев знало нашего замечательного земляка В. Овечкина.

 

Интересные факты биографии Валентина Овечкина

  При внешней угрюмости, суровости и кажущейся замкнутости В. Овечкин обладал нежной и отзывчивой душой, чуткостью и внимательностью к людям. Он любил делать людям добро и радовать их.  Своим характером Валентин Владимирович обязан матери - ласковой, доброй, умной женщине. Он не помнил её, но старшие братья много рассказывали ему о ней. 

В Ефремовке Валентин Овечкин написал 20 пьес на клочках, на оберточной бумаге. Пьесы первые комсомольцы села репетировали в избе- читальне и ставили перед односельчанами. Один из немногих грамотных людей в деревне, Валентин Овечкин заведует избой-читальней и учительствует в школе ликбеза.

Валентин Владимирович был одаренным человеком.  Виктор Волков, артист, живший в те годы на хуторе Бальва, вспоминал: в минуты отдыха юноша играл на скрипке, делал из картона прыгающих человечков и дарил их детворе, прекрасно рисовал простым карандашом портреты сестер и невесты Кати.

 Мечты о грядущем счастье, о мирной революции, о «коммунии» были «жизнью души» ефремовской молодежи. Обо всем забывали, читали вслух и обсуждали планы, мечтали. Однажды, после собрания сельской комсомольской ячейки, поздно ночью, зашел такой разговор:  "-А долго еще, хлопцы, мы будем строить новую жизнь только вот так, на словах?.. А не организовать ли нам комсомольскую коммуну? Вон в соседнем сельсовете гектаров госфондовской земли. Попросим- дадут нам это хозяйство. Помогут, может, и кредит на первое время… Надо практически начать строить социализм в деревне».

В сентябре 1925 года 19 - летний В. Овечкин вместе с товарищами создает первую в Приазовье комсомольскую коммуну и становится её председателем. Коммуна называлась комсомольской, но работали в ней отцы и дети.   В коммуну сошлась вся ефремовская беднота. «… Голые на печи: ночью рубахи сушатся… Вот с этой нищеты начинали!» - вспоминал В. Овечкин.

В районе поддерживали коммуну, чем могли. В первый же год выделили трактор, единственный, поступивший в округу. Смотреть его сбежалось всё село. Об этом В. Овечкин рассказал в своем первом, появившемся в печати произведении « Глубокая борозда» опубликованном в 1928 году в газете  «Таганрогская правда» под псевдонимом «Валентин Азовский». «С утра до ночи трудятся новоселы, устраивают своё жилье. Дружно работают, один другому помогают…» Далее быль о том, как кулак Егор Кузьмич надеялся заарендовать у коммунаров землю – безлошадникам, дескать, самим не управиться, все равно к нему придут на поклон. И как выручил коммунаров трактор, как был посрамлен кулак, убежденный, что вчерашним батракам да подпаскам не справиться с хитрой машиной – « головы - то у нас ведь не американские». Справились коммунары. Ни сажня не сдали в аренду. Довольны, не нахвалятся они своей машиной, «а больше всех доволен ею Андрюха-тракторист». И концовка: «А за Кузьмичем прочно укрепилось прозвище «Мериканец»

 В. Овечкин вспоминал: местное кулачье исподтишка вредило коммуне, коммунарам и, страшась роста коллективного хозяйства, стремилось перетянуть на свою сторону колеблющихся середняков. «Глубокая борозда» вызвала много разговоров в деревне и у коммунаров. «Так может, это и про нас» - совали мне газету коммунары, не подозревая, что автором рассказа является их председатель.

В 1929 г., когда председателя коммуны Овечкина приняли в партию, в газете «Беднота» был напечатан второй его рассказ «Савельев».

Навсегда осталось личным для Овечкина дело, начатое в Ефремовской коммуне: «Много лет тоска по коммуне спать не давала, бумажки канцелярские всякие, столы, за которыми приходилось в этих канцеляриях штаны протирать, просто ненавидел. Все это мне казалось каким- то эрзацем жизни, никому не нужным, и в первую очередь не нужным самим канцеляристам. Да не казалось там, в нашей коммуне: земля, посевы, работа на полях, рост хозяйства, строительство, новый общественный уклад, рост людей. Сегодня вкладываешь в дело усилия, труд (не бумажный, настоящий!), а завтра видишь результаты. Все- зримо, осязаемо. Эх!.. Да и поныне я половиной своего существа- там, где осталось самое живое дело из всех дел, что за всю жизнь переделал», - пишет он незадолго до смерти.

В 1931 году В. Овечкин избирается секретарем крупнейшего в районе Федоровского сельпартколлектива. Затем - краткая учеба на партийных курсах. Его направляют в Курганинский райком Краснодарского края, а затем посылают секретарем станичного парткома в Темиргоевскую - одну из самых неблагополучных станиц, где классовая борьба приняла наиболее острые формы.

Во время Великой Отечественной войны В. Овечкин работает корреспондентом фронтовой газеты " Боевая Крымская, агитатором стрелкового полка, сотрудником армейской газеты "Сын Отечества".

 Воспоминания об отце

«Талант писателя от Бога. Талант быть человеком – от него самого. Это важнее» (В. Овечкин)

Валентин Владимирович Овечкин в городе Таганроге, в семье мелкого банковского служащего. Детство было безрадостным.  Сам писатель вспоминал: "О «рабьем детстве» Таганрога. Отец. Целовал руки. (Может быть, он и другое хотел привить нам, детям, но не то привилось.) Ставни. Стук  болтов. Мухи. Сонное пение петухов.

Самое ужасное – праздники. Может быть, с тех пор я не могу писать о праздниках. В своей журналистской деятельности я не дал ни одной строки в праздничный номер газеты».(В. Овечкин. Статьи. Дневники. Письма. М.,Сов. писатель, 1972. , с. 268)

«Детство очень мрачное. Отец… Драки братьев…» (Записные книжки. Личный архив В. Овечкина)

Дом держался не матери – тихой, доброй женщине, щедро дарившей детям свою любовь.

Валентину не исполнилось и семи лет, когда мать после недолгой болезни, скончалась. Это был 1913 год.

Застенчивый, впечатлительный, Валентин рос один; большая разница между ним и другими детьми в семье оттесняла его от общих игр и развлечений, а частые драки старших братьев пугали и еще больше отталкивали от них.

Учеба в Таганрогском техническом училище, где он закончил четыре класса, тоже не сделала  его общительным. Но именно здесь он приохотился к чтению. Книги перевернули его жизнь. В них он нашел и добрых людей, которых так не хватало ему в жизни, и товарищей, сходиться с которыми ему мешала природная робость, и светлый мир, богатый радостями, красками, чувствами.

Шла первая мировая война. На запад, к полям сражений шли эшелоны с солдатами. Юный Валентин Овечкин со своими сверстниками бегал на вокзал, где военный оркестр исполнял походные марши, а попы служили молебны в честь грядущих побед русского оружия. Но вскоре на том же вокзале Валентин встречал эшелоны с ранеными, помогал выносить на окровавленных носилках измученных солдат. Много лет спустя, во время поездки на Дальний Восток (1960) Валентин Владимирович рассказывал своим читателям из таёжного Анучинского района, что эти окровавленные носилки раскрыли для него, мальчишки, весь ужас войны.

Октябрьская революция. Валентин Овечкин оставляет учебу и нанимается подмастерьем к сапожнику. События революции  волновали мальчика, но еще трудно было ему разобраться во всех коллизиях времени. «Мне нравилось уже то, что дали крепкого пинка богатеям. Да и слово «большевик» меня волновало, хотя и долго удивляло своей новизной, тем взрывным зарядом, который заложен в нём».

К сапожному ремеслу Валентина привела нужда, но ремесло это и открыло для него первую радость творчества: «Я способен был всегда подолгу любоваться тем, что сделал. Это иногда сводило на нет быстроту работы. Сошьёшь пару сапог за день, а час потом тратишь на то, что вертишь их в руках и любуешься – смотри-ка, сам сотворил» (В. Овечкин. Статьи. Дневники. Письма. С.271)

Смерть отца. 1921 год. Валентин остался один св гулком, пустынном доме. В стране голод, разруха. Валентин едет в Макеевку, к брату, но приняли его там неласково.

В Котломино, приазовской деревне, учительствовала Александра Владимировна Овечкина – старшая сестра Валентина. Сюда и приехал Валентин. «Когда я остался мальчишкой после смерти отца один в пустом доме, без всяких средств к существованию, кто мне помог? Никто, кроме Шуры. Куда мне тогда оставалось идти? Да куда глаза глядят, в батраки, на Бальвин хутор, как я и сделал С 13-ти лет, в общем, я сам себя кормил, несмотря на обилие родственников»(Письмо брату Василию Овечкину. 1964г. Личный архив писателя).

В 16 лет началось его знакомство с деревней. Здесь он сапожничал, не чурался и крестьянского труда. «Не очень радушно приняла, встретила меня деревня. Может быть, это уберегло меня от наивных восторгов и умилений горожан». Для односельчан он был чужаком, над которым и посмеяться не опасно, и обмануть, обсчитать не зазорно. Он шел к ним с добром, искал хороших людей, а получал жестокие уроки. Сохранилась запись, сделанная в ту пору: «Драться коромыслом неудобно, оно кривое, вертится в руках, и не угадаешь, куда попадёшь концом. Им хорошо драться в большой толпе, когда всё равно кого – нибудь да зацепишь по голове».

Много позже, вспоминая эти годы, В. Овечкин  запишет: «Сейчас я, в общем, не жалею, что жизнь у меня так трудно сложилась с детства. Это была хорошая закалка».

Запомнившийся урок преподал ему их с сестрой сосед Елисей Булка. Елисей , источающий кротость и добродушие, которого юноша всей душой полюбил, при первом же удобном случае и без всякой реальной в том нужды коварно, нагло обманул и обобрал Овечкиных, обрёк их на голод. «Этот человек сделал меня писателем…» В конце жизни В. Овечкин написал яркий рассказ – единственный из задуманного автобиографического цикла, увидевший свет уже после смерти писателя. (Журналист, 1968, №4)

После инцидента с Булкой и относятся первые пробы пера. После дня изнурительной работы забывая про отдых и сон, Валентин писал – на клочках, на обёрточной бумаге, сочинял пьесы и романы. «20 пьес в Ефремовке. А до этого, еще у Калачева – 10 романов (на старых книгах)». И в коммуне, и в Кисловодске». И уничтожающая характеристика написанному: «… ничего, кроме графомании».

"Броском вперёд"

    Валерий Овечкин избрал своей профессией геологию, но отцовские гены все же сказались: он написал интересную книгу о своем отце «Броском вперед!» и был принят в Союз курских литераторов.

Книга «Броском вперёд!» вышла в издательстве "Славянка" к 110- летию Валентина Владимировича Овечкина. Название взято из его повести «С фронтовым приветом», а в качестве эпиграфа к книге — вот эта выдержка: «Есть прекрасные места в воинских уставах, этих сборниках вековой и военной и житейской мудрости. Есть параграфы: если попал в наступлении под сильный миномётный огонь противника, не останавливайся. Остановишься – пропадёшь. Заляжешь – тоже несдобровать. Броском вперёд! – и продолжай выполнять боевую задачу. Накрыла артиллерия на пристрелянном рубеже – броском вперёд! На сближение с противником!.. Хочешь жить – броском вперёд!».
       В книге Валерий рассказывает о своём отце в дневниках, письмах, воспоминаниях.
       "В работе над этой книгой, – говорит автор, – неоценимую помощь мне оказала Ольга Егупова, внучатая племянница писателя, которая скрупулёзно изучила таганрогский домашний архив и восстановила семейные хроники от давних времён до 20-х годов прошлого века. Она же приняла участие в написании отдельных фрагментов текста двух разделов: «Корни» и «Тёплый город у моря», за что я ей искренне благодарен".
Валерий Валентинович Овечкин был приветливым, доброжелательным, интеллигентным человеком. Все, кто его знал, относились к нему с любовью и глубоким уважением.
       Отрывки из книги «Броском вперед!»:
      "С годами невольно возвращаешься к прошлому, вспоминаешь людей, которые оставили добрый след в твоей памяти. Когда встречаешь интересного человека, ты к нему невольно примериваешься, стараешься заглянуть в него поглубже и что-то, хоть самую малость, берёшь от него.
      Мне в этом смысле повезло: много хороших людей встретилось на моём пути. И конечно, главным человеком для меня был и остаётся отец. Даже когда он ушёл из жизни, я мысленно продолжал с ним общаться: а как бы он поступил в той или иной ситуации? как бы он оценил тот или иной мой поступок? что бы он мне посоветовал?.. Полагаю, и для многих людей он был неким нравственным эталоном, заряжающим их мужеством и честностью. С ним было надёжней – как за щитом. Он жил по самым строгим меркам, не для себя – он жил для людей...
      Валентин Овечкин – непохожий на других, самобытный, сам себя воспитавший, умеющий искать и находить вокруг себя хороших людей. И как бы ни трепала его жизнь, он упорно шёл к своей цели – делать людям добро. И многие платили ему тем же. А мог бы пойти другим путём, о чём оставил наброски к незаконченной автобиографической повести: «Некоторым людям «повезло» родиться в хорошей рабочей семье, с традициями, с хорошим дедом, бабкой. …Простое, крепкое рабочее воспитание с детства. Но вот перед вами человек, которому в смысле выбора места рождения не повезло. Как будто всё нарочно сложилось для того, чтобы вышел из меня сукин сын».
Он хотел изменить мир к лучшему, а тот оказался тяжёлым и неповоротливым. Но он не изменил себе. Он верил в коллективный труд и думал о людях, верил в их разум. Он люто ненавидел бюрократию и партократию с их самодовольством и чванством, он презирал трусость, подхалимаж и лихоимство. Любые формы предательства не прощал. К нему тянулись люди зарядиться смелостью и честностью. Но его ненавидели те, которым он мешал бездействовать или творить беззаконие.
Овечкина нет, но звучит и будет звучать его побудительный призыв: «Хочешь жить – броском вперед!».

Младшего сына писателя не стало в конце ноября 2022 года.  Ученый-геолог Валерий Овечкин скоропостижно умер от аневризмы сердца на 82-м году жизни в Петербурге. Об этом сообщила его единственная дочь Ирина.
 Он разбирал архив отца, написал несколько книг.

 

 Валентин Овечкин на Кубани

 Почти десять довоенных лет Овечкин жил на Кубани, (в том числе три года – в Армавире). На кубанской земле складывалась его творческая биография, набирал силу незаурядный писательский талант, закалялся бойцовский характер. Вспоминая то время, Валентин Владимирович писал: «Проработал я в Темиргоевской зиму и все лето 1933 года …, организовывал людей лопатами копать землю под посев и на плечах носить семенную и продовольственную ссуду из Курганной, и банды ликвидировал. … Я дневал и ночевал в тракторных бригадах. Как бывший тракторист, помогал ребятам и трактора ремонтировать, и придумывал всякие комбинированные прицепы». В те годы Валентин Владимирович не раз защищал от клеветы и репрессий товарищей по работе. Так, в 1937 году, когда он работал в «Колхозной правде», ответственный секретарь газеты А. Михалевич без всяких доказательств, по наговору был назван «врагом народа». И Овечкин обращается в Союз писателей, затем к М. А. Шолохову, наконец, сам едет в Москву, добивается приема в Комиссии партийного контроля. Через некоторое время «дело Михалевича» было по справедливости пересмотрено.

В письме к А. И. Лозовскому от 12 января 1957 года Валентин Овечкин так вспоминал кубанский период своей жизни: «На Кубани я работал с 1932 года. Был сначала заместителем председателя райколхозсоюза в Курганинском районе, затем там же заворготделом райкома партии, затем секретарем станичного парткома в Темиргоевской (которая входила тогда в Курганинский район). С 1934 года стал работать в газете «Молот». Эта газета была тогда краевой, большого Северо-Кавказского края, куда входила и Кубань. Работая в «Молоте», был на положении разъездного корреспондента-очеркиста, а жил в Армавире. Потом перешел в газету «Колхозная правда», тоже краевую. После разделения края, с 1937 года работал в газете «Армавирская коммуна», а после в «Большевике» (сейчас «Советская Кубань»), но оставался жить в Армавире, а затем переехал в станицу Родниковскую Курганинского района. Там я оставался жить и уйдя совсем из газеты на свободную литературную работу, там меня и война захватила, в конце сорок первого года ушел оттуда на фронт. Семья летом сорок второго года эвакуировалась оттуда в Грузию…

В бытность разъездным корреспондентом кубанских газет мне пришлось объездить почти всю Кубань. Но больше всего мне знаком Армавирский куст, «Новая линия», те станицы, где говорят почти так, как на Дону, ближе к русскому языку, не на испорченном украинском, как говорят в станицах, вышедших из Запорожья. Поэтому и разговорная речь в кубанских рассказах у меня не такая, как, скажем, в очерках Ставского или в «Железном потоке».

На кубанском материале у меня написаны все ранние, довоенные вещи... Трудно мне сейчас назвать прототипов персонажей этих вещей, прототипов много, не с одного человека писаны и «Прасковья Максимовна», и «Дед Ошибка», и герои «Гостей в Стукачах», от каждого встреченного интересного человека бралась какая-то характерная черточка, все это обобщалось, типизировалось».

 

Отрывок из рассказа О.В. Кучеренко "Младшенький":

"Светлой памяти брата моей бабушки В.В. Овечкина посвящаю…

На старом Таганрогском кладбище в самом конце аллеи, что тянется вдоль стены трамвайного парка, на купленном в 1913 году служащим Таганрогского Азово-Донского банка Владимиром Васильевичем Овечкиным участке покоятся он сам, его супруга Евдокия Петровна, старшая дочь Ольга (Люся) и другие родственники. Век назад на траурном катафалке по хорошо известному старым таганрожцам маршруту по ул. Елизаветинской (теперь Р. Люксембург) и пер. Кладбищенскому (теперь Смирновскому) в свой последний путь отправились родители известного писателя, нашего земляка Валентина Владимировича Овечкина.

 

Родившемуся в Таганроге в пер. Ярмарочный, 50 (Гоголевский, 38) 22 июня 1906 года Валентину, восьмому ребенку в семье, было всего 7 лет, когда от «удара» (инсульта) скончалась мама. К тому времени старшая сестра Люся, окончив с «золотой» медалью Таганрогскую Мариинскую женскую гимназию, преподавала в женской прогимназии (четырехклассном училище), а брат Евгений служил в Азово-Донском банке. Две сестры, Александра и Анна, учились в гимназии, а братья Владимир, Николай и Василий –в Техническом училище (сейчас в этом здании находится авиационный колледж).

 

Валентин маму почти не помнил, а отец был скуп на проявление теплых чувств. А после установления власти большевиков он, к тому времени бухгалтер уездного продкома, на свое мизерное жалованье был не в силах содержать младших детей, начал выпивать, болеть и в марте 1922 года скончался.

Оставшись в 15 лет в опустевшем родительском доме (часть его занимал недавно женившийся брат Евгений). Валентин рыбачил, подрабатывал грузчиком в порту, прибавив для «взрослости» 2 года. Совсем недавно его сын Валерий Валентинович, ныне проживающий в Санкт- Петербурге, восстановил во всех документах настоящий год рождения отца- этому помогла выписка из архивов таганрогской Митрофаниевской церкви и- косвенно- сохранившийся в моей семье бабушкин дневник, где есть запись: «9 июня (по ст. стилю)1906 года родился мой маленький брат Валя.” Валентин пробовал поселиться у брата Василия в Макеевке, но там ему в голодное время были не очень- то рады. Овдовевшая сестра Люся жила также в Макеевке с маленьким сыном у родителей покойного мужа. Без вести пропали на фронтах Гражданской войны офицеры- авиаторы братья Владимир и Николай. 

Сестра Александра, учительствовавшая в то время в хуторе Котломино, а затем селе Ефремовка, понимала одиночество и неустроенность брата и позвала жить к себе.
Село приняло сироту- горожанина неласково- были и злые шутки, и обман, и умение кулаками себя защитить пригодилось. Сам же он говорил впоследствии сыновьям, что хоть он и был практически лишен полноценного детства, рано начав взрослую жизнь. сожалений по этому поводу не испытывал- просто прошел хорошую жизненную школу, закалившую его и научившую самостоятельности.

Юный Валентин сапожничал, обучился столярному ремеслу, был учителем ликбеза, заведовал избой- читальней. В 1924 году вступил в комсомол, стал секретарем комсомольской ячейки. Шаг за шагом завоевывал авторитет у у сельчан- делился своими знаниями, обучал грамоте, приобщал к чтению молодых и старых. Сам сумел собрать радиоприемник, и односельчане получили возможность узнавать о всех новостях стране. Он был удивительно обаятельным, имел талант сходиться с людьми, а в традиционном крестьянском труде вскоре не отличался от коренных сельчан, стал «своим». С несколькими молодыми ребятами обучился ремонту и вождению трактора.

Осенью 1925 года появилась первая в Приазовье коммуна с девятнадцатилетним Валентином во главе. Власти выделили коммунарам восемьсот гектаров госфондовской земли и полуразрушенное имение бывшего помещика Деркача. Новоиспеченные механизаторы на зависть единоличникам пахали, боронили, сеяли, косили. Трактор был лучше любого агитационного плаката, и в коммуну вошли сельчане разных возрастов. За три года коммунары полностью расплатились с государством по кредитам; Валентин наладил контакты с районными и краевыми структурами, ведающими культурой; стали приезжать лекторы и артисты из Ростова, Таганрога; в это же время в Ефремовке появился свой самодеятельный театр, где ставились им же написанные «на злобу дня» пьесы- позже он их сжег, посчитав чистой «графоманией».

В 1928 году «Таганрогская правда» опубликовала его первый рассказ «Глубокая борозда», а через год в газете «Беднота» увидел свет рассказ «Савельев».
В 1929 году Валентин Овечкин вступил в партию. Возрос статус, но теперь им распоряжался райком- вопреки желанию он был направлен в Федоровку секретарем сельпарткома, а коммуна через 2 года была преобразована в колхоз им. Мичурина- уже без Овечкина.

 
 1932 год- Кубань, Курганинский район, трагические испытания из- за кампании по изъятию у крестьянских хозяйств продовольствия- по приказу свыше вооруженные продотряды вычищают все без остатка, включая семенной фонд и фураж, обрекая на голодную смерть людей и скот. Обстановка накаляется- вспыхивают бунты, казаки организуются в группы, нападающие на обозы с отнятым продотрядами зерном. Овечкин направлен в станицу

Темиргоевскую секретарем станичного парткомитета. Там на свой страх и риск, собрав на совещание председателей четырех колхозов Темиргоевской, принимает решение припрятать зерно, которое не успели вывезти из- за распутицы. Кроме того, в одном из домов действовала тайная столовая, где подкармливали самых обессиленных сельчан. Удалось сберечь людей, дожить до весны, завершить сев и даже получить переходящее Красное знамя. Поразительно, что многие знали о несданном зерне и столовой, но никто не донес на своего секретаря парткома.

Осень 1933 года- перевод в Кисловодск председателем городского Совета профсоюзов. Через год, с радостью порвав с бюрократическими должностями, Овечкин переезжает в Ростов, работает в газете «Молот» разъездным корреспондентом, затем продолжает журналистскую работу в другой Ростовской газете- «Колхозной Правде».

 
В 1935 году в Ростове выходит первый сборник рассказов Овечкина. В 1938 году он переезжает в станицу Родниковскую, где живет с семьей до начала войны. Печатается в Московских, Ростовских и Краснодарских газетах и журналах. В 1941 году по рекомендации А. Фадеева становится членом Союза писателей СССР".

 

           На Курской земле

    В 1948 году журналист и писатель Валентин Овечкин переехал в Курскую область, сначала жил в городе Льгове, а с 1953 года — в Курске.

    Именно на Курской земле писатель создал цикл художественно-публицистических очерков «Районные будни», который стал началом нового этапа в развитии советской литературы.

      В 1949 году в Курском областном книжном издательстве Овечкин опубликовал пьесу «Настя Колосова». В 1950-е годы он написал несколько пьес, которые ставили на сцене Курского областного драматического театра им. А. С. Пушкина.     

       Некоторые факты о деятельности Валентина Овечкина в Курске:

       В 1958 году он вместе с писателями Михаилом Колосовым, Николаем Корнеевым, Михаилом Обуховым, Федором Певневым инициировал создание в Курске отделения Союза писателей РСФСР — Курской писательской организации.    

      Осенью 1960 года писатель, совершил поездку на целину в Омскую область. Он был потрясен беспорядками, творившимися под прикрытием громкой целинной кампании. Возвратившись в Курск, полагаясь на свой авторитет писателя и общественного деятеля, с резкой обличительной речью он выступил на Курской партконференции против волюнтаристического принятия решений, показухи в работе партийных и советских органов власти. Это вызвало негативную реакцию партийных чиновников. В результате неприятностей, последовавших вслед за его выступлением на партконференции, у него случился нервный срыв. Он предпринял попытку суицида.

    В период с 1958 по 1962 год в Курском книжном издательстве вышло ещё несколько пьес Овечкина, в том числе «Навстречу ветру», «Летние дожди», «Время пожинать плоды» и «Пусть это сбудется».

     Его именем названы Курский областной творческий конкурс журналистов и улица в Курске.
22 августа 1974 года именем Валентина Овечкина назвали одну из улиц Курска.
В 1986 году на доме по улице Дзержинского, 86, где с 1953 года жил писатель, установили мемориальную доску.

    Вот, что говорил о Валентине Овечкине курский писатель Евгений Носов: «Судьба Валентина Овечкина, человека пламенного, талантливого, видится мне метеором, ярко озарившим небосвод. И хотя век его оказался недолгим, но в нашем сознании он не погас. Своей вспышкой он озарил весь мир литературы. Он оставил после себя свет, который до сих пор является путеводным, нравственным указателем. Значение его творчества нельзя преуменьшить. Он первым в нашей литературе перешагнул своеобразную «горячую черту», а уже потом появился целый ряд талантливых произведений о деревне».

      Валентин Овечкин был членом правления Союза писателей СССР, входил в редколлегии «Нового мира» и «Литературной газеты», награждён орденом Трудового Красного Знамени (дважды: в 1954 и 1964 годах) и четырьмя медалями.

 Страстный исследователь жизни

   Из работ исследователей творчества Овечкина известно, что еще в 1957 году он задумал книгу «о времени и о себе», да все откладывал, ибо отодвигали более насущные проблемы. Эта автобиографическая книга должна была называться «Невыдуманные очерки».
    Валентин Владимирович писал: «Принимаясь за эту книгу, я опять, как и всегда, не знаю, в какую окончательную форму выльется все. Это будет нечто автобиографическое, воспоминания. Но не вязание чулок перед уютно горящей печкой в долгие зимние вечера. Отдаться целиком воспоминаниям о прошлом, не связывая их с нынешними днями, – так я не смогу, не вытерплю. Повесть о том, как и почему я стал писателем? Да, и об этом хочется рассказать, ответить разом на вопросы многих читателей. Но – не только об этом.
Порою я чувствую себя больше практиком колхозного строительства, нежели писателем; и не боюсь сказать это вслух.  Не боюсь, что это может быть подхвачено остроумными критиками; ну и продолжал бы, мол, пахать… За романы-то я не берусь. Не очень люблю я «сочинять», больше мне нравится и читать, и писать о невыдуманном…»
   Валентин Овечкин не написал эту книгу.
Вниманию читателей наша библиотека представляет сборник «Воспоминания о В. Овечкине», М., «Советский писатель», 1982, 386 с.
Эта книга вышла  через тридцать лет после начала публикации «Районных будней» В. Овечкина. 
   Конечно, сборник «Воспоминания о В. Овечкине» не может ее заменить, но он углубит наши знания об авторе «Районных будней» – писателе, общественном деятеле, человеке.  
Интерес к личности, к биографии Валентина Овечкина обусловлен  тем, что он своим творчеством в значительной мере способствовал возвращению литературы к проблемам подлинной жизни, вовлекал писателей и читателей в круг сложных, актуальных проблем.  Его творчество знаменует собой качественно новый этап в развитии советского очерка, да и всей литературы в целом.    
 Одна из важнейших этических традиций русской литературы состоит в том, что творчество писателя является не только эстетической деятельностью, но, прежде всего, гражданственным деянием, общественным подвижничеством, а нередко и подвигом.

 В.В. Овечкин  продолжил и развил эту традицию. Жизнь и творчество автора «Районных будней» без преувеличений можно назвать гражданским подвигом. Все свое творчество он подчинил художественному исследованию действительности с целью ее практического совершенствования. Именно поэтому он относил себя к «ярым публицистам» и «поборникам действенной литературы» 

Он вмешивался в жизнь, жаждал ее переустройства и расстраивался, когда не видел изменений: «Шуму очерки наделали много, но шум-то – литературный. Ось земная от этого ни на полградуса не сдвинулась».  

В воспоминаниях Николая Атарова, вошедших в   сборник, отмечается, что для Овечкина не было отдельной заботы о почерке и стиле, а была только одна забота – вмешаться в жизнь, чтобы изменить ее, улучшить, подбодрить одних людей, развенчать других, – от этого и шла своеобразная писательская выразительность Овечкина.
Леонид Иванов вспоминает такой эпизод. Возвращаясь в 1957 году с семинара русских прозаиков, он заехал к Валентину Владимировичу, чтобы поговорить о деревенских проблемах. Овечкин активно реагировал на рассказ: перебивал, задавал вопросы; высказывал свое мнение. В числе прочих Иванов затронул проблему начавшегося засорения только что распаханных целинных земель. Овечкин воскликнул: «Это же преступление! Вы пишите об этом, немедленно пишите! Правда… Пока напишете, да пока опубликуют, да и опубликуют ли сразу-то?.. Нет!.. Сначала напишите докладную! На Президиум Цека… Это для пользы дела будет верней!.. А тем временем и очерки подготовите. Но сначала докладную!..»
Когда же Иванов выразил сомнение в пользе докладных, Овечкин возразил:
«…А я верю! Нам надо активно вмешиваться в жизнь всеми возможными способами» (стр. 200). 
И это вмешательство в жизнь было действенным. 
    Валентин Овечкин «делал» не только литературу, но и жизнь, – это несомненно.  
Исследователи творчества автора «Районных будней» много писали о том, как тогда, в 50-х годах, цикл этих очерков обсуждался на партийных активах, принимавших деловые, практические резолюции и решения.

Читатели тех лет точно поняли и оценили новаторский смысл и пафос книги. «Районные будни» привлекли внимание общества тем, что в них честность художественного изображения жизни побуждала к борьбе с косностью, ошибками, недостатками.

Георгий Радов справедливо писал»»При всем при том, что Овечкин, как никто другой, остро и гневно обличал дурное: казенщину, равнодушие, тупость, нерадивость, двурушничество; при том, что ненавистных ему типов писатель, что называется, пригвоздил кличками: «лавулирующие», «люди без стельки»; при том, что именем одного из его персонажей люди окрестили целое явление, мешавшее и мешающее нам жить, а именно – «борзовщину», – при всем этом я абсолютно убежден, главная сила его книг, сообщившая им завидное долголетие, – эта главная сила не в отрицании, а в утверждении» (стр. 304).   
      Всем своим творчеством Овечкин стремился утверждать новое, в полный голос говорил правду, какой бы тяжелой она ни была. По свидетельству авторов сборника, публициста отличали ясность слова и ясность поступков. Всю свою жизнь он оставался, по словам Порфирия Перебайлова, «человеком для людей», человеком твердых убеждений, и то, что он считал справедливым, защищал настойчиво и последовательно, не считаясь с тем, что это грозит его личным интересам или личному благополучию. Многие, в том числе и Николай Резников, отмечают в нем «правдивость без оглядки».  
    Николай Атаров вспоминает такой эпизод: «Я потерял его, может быть навсегда, уже в июне сорок второго года. Он отправился из Краснодара в составе школы политсостава пешим маршем через Кавказский хребет. Он сам отчислил себя. Придя к редактору как работающий «по вольному найму» (а на самом деле прикомандированный к редакции крайкомом партии), попросил об освобождении. Неприятная была минута. Редактор домогался узнать причину просьбы.
– Назовите ясную причину.
– Вам это не нужно знать. К чему разговор.
– Я требую.
– Извольте. Не уважаю вас ни как коммуниста, ни как человека. Ну, что, достаточно?
– Можете идти, – коротко ответил редактор.   
    Прошли годы, семнадцать лет, в одном из писем Овечкин признался: «Было одно желание – скорее кончить этот разговор. Неловкость какая-то. Как будто я виноват, что этот человек…» (стр. 64).     
    Конечно, такое прямословие и в жизни, и в литературе не всем нравилось, но подлаживаться, подстраиваться Овечкин не умел.
Валентина Владимировича, по свидетельствам многих мемуаристов, отличало пристальное и заинтересованное внимание к людям – как к родным и близким, так и к незнакомым, случайно оказавшимся на его жизненном пути. Ему много писали, посылали свои рукописи на отзыв, и он не жалел времени на то, чтобы прочитать, дать толковый отзыв, довести рукопись «до ума».
     Особенно внимательно следил Валентин Владимирович за своими подопечными, очеркистами-«деревенщиками». Леонид Иванов пишет, что Овечкин всякий раз откликался на его публикации, хвалил и журил по-отечески. Очерк Л. Иванова «Наш экономист», опубликованный в 1958 году в журнале «Звезда», вызвал критику в печати. Настроение у автора очерка, конечно, было отвратительное. 

   И вдруг – письмо от Овечкина: «Знаю, что Вам сегодня очень тяжело… Но я знаю, что Вы человек крепкий, ударов в своей жизни вынесли немало, вынесете и этот. Не знаю еще, не совсем обдумал, как, в какой форме и где выступлю в Вашу защиту, но – выступлю. За Вас я буду драться, пока сам на ногах стою. В конце концов, эта драка не только за Вас, а вообще за право литературы мыслить«. Заканчивалось письмо так: «А сегодня мне хотелось Вам написать просто несколько слов, пожать Вашу руку, крепко Вас обнять. Не вешайте носа!» (стр. 204 – 205).
     Страницы сборника воспоминаний закрывают многие «белые пятна» в биографии писателя-новатора. Особый интерес представляют свидетельства современников молодости Овечкина, его друзей и товарищей, находившихся рядом с ним в период коллективизации, в пору работы журналистом, в годы Великой Отечественной войны.